Тяжело браться за эту статью, поскольку придется много говорить о себе. Тяжело не потому, что неприятно вытаскивать на поверхность свою подноготную, а потому трудно это сделать, не превращая рассказ в очередное самолюбование. Ну, уж как получится.
Первоначально хотел приурочить этот текст к 1 апреля, но потом рассудил, что шутки шутками, а тема-то важная, и нужно, чтобы воспринята она была на полном серьезе, безо всяких скидок на всемирный праздник взаимного облапошивания.
Итак, без дураков…
Четыре с лишним года назад, когда сайт только готовился к запуску, возник неизбежный вопрос — как именно себя позиционировать? С одной стороны, я занимался тем, что не совсем является психологией в обычном понимании, с другой — мне очень хотелось «поиграть в психолога», с третьей — нужно было блюсти коммерческие интересы, а, значит, требовалась четкая формулировка и ясная позиция относительно того, кто я и чем именно занимаюсь.
В тот момент я рассудил, что не будет большого греха, если с небольшой, но четко обозначенной, оговоркой я назовусь психологом. Я никогда не скрывал, что у меня нет профильного образования, и что формально я психологом не являюсь, но, тем не менее, явно давал понять, что я именно психолог и есть. Тогда я оправдывал свою позицию тем, что советская школа психологии и построенная на ней система подготовки в ВУЗах, психологией, по сути, не является, и что я в этом смысле имею больше прав называться психологом, «чем они».
Если внимательно почитать первые статьи на сайте, то там можно проследить этот мотив — я периодически нападаю на обычных психологов и указываю на их оплошности, подразумевая, что они о психологии не знают чего-то такого, что знают только «настоящие психологи»… и я среди них. В тот момент я себе это объяснял с позиции, что «настоящая психология» — это Юнг и еще несколько человек после него, а советская школа — это сплошная профанация. К слову сказать, в современной ВУЗовской программе психологических факультетов Юнгу отводится в лучшем случае пара лекций, Фрейду с его неврозом психоанализом — чуть больше.
По сути, это был такой бунт против системы, в которой я не смог или не захотел занять своего места. Вместо того, чтобы спокойно идти своей дорогой и заниматься психологией в том русле, которое мне интересно, я ввязался в конфронтацию и попытался доказать свое превосходство. С одной стороны, я не хотел быть таким психологом, какими их готовят наши ВУЗы, с другой — мне все-таки очень хотелось числиться психологом в своем собственном понимании, а для этого надо либо доказать свой уровень знаний соответствующей комиссии, либо занять бунтарскую позицию и начать воевать с ветряными мельницами, доказывая тем самым свою крутизну.
Год назад довелось ознакомиться с циклом передач на канале В мире животных Animal Planet о воспитании непослушных собак, и с тех пор хотелось написать об этом статью — очень уж порадовали некоторые очевидные параллели с человеческой психологией.
Пришлось даже самому завести собаку для постановки натурных экспериментов — чтобы писать статью и рассуждать не умозрительно, а по горячим следам личного опыта.
Программа называется «Переводчик с собачьего», с Цезарем Милано в роли главного укротителя страшных собак и их глупых наивных хозяев. С первых кадров понравилось, что единственной причиной проблем в поведении собак Цезарь считает проблемы в поведении людей. И хотя часть воспитательной работы непосредственно связана с приведением собаки в более адекватное состояние, основной акцент все-таки ставится на том, чтобы вправить мозги их хозяевам и объяснить им, как они умудрились сломать игрушку.
Главный посыл передачи в том, что неуравновешенный хозяин даже самую воспитанную собаку быстро превратит в неуправляемого демона, а у адекватного человека даже самая невменяемая собака очень скоро придет в чувство, станет спокойной и послушной. То есть, собака лишь отражает состояние хозяина, и если она вдруг становится неуправляемой или даже агрессивной, то искать проблему надо в человеке и его поведении, а не в собаке, ее породе или огрехах воспитания.
Фактически, собака, как и любое другое животное, с которым мы вступаем в близкий контакт, выступает для нас в роли чистого зеркала. В глазах и поведении зверя мы видим отражение нашего собственного эмоционального состояния, и это отличная возможность для исследования своих слабых мест.
Сегодня еще одна небольшая разминочная запись перед очередной большой статьей. Все-таки, перерывы в писательстве очень вредны — язык начинает заплетаться, пальцы спотыкаться и вообще. Итак, тема — принятие решений. Полномасштабную статью по этому вопросу я в ближайшее время писать не собираюсь — все это будет тщательно и подробно разобрано на семинаре «Как разобраться с делами» — но вот один интересный аспект этой проблемы опишу сейчас. Маленький инсайт на халяву — как и просили.
Есть такая общая и вечная для всех беда — трудность в совершении выбора и сопровождающие его сомнения. В простых ситуациях, где цена ошибки невелика, мы легко справляемся с задачей — в конце концов, не так много теряем в случае, если что-то пойдет не так. Но как только цена вопроса возрастает — в материальном и/или психологическом смысле — так сразу же мы проваливаемся в дремучие сомнения. Мы размышляем, советуемся с Интернетом и всеми, кого вообще можем привлечь к решению проблемы, — мы пытаемся понять, какой выбор в нашей ситуации будет правильным… забывая о том, что «правильность» — категория относительная.
По сути, мы до чертиков боимся совершить ошибку. И не потому, что потеряем деньги, время или еще какие-то материальные значимости. Нам важно то, совершенная ошибка характеризует нас определенным образом, и вот эта самая характеристика нам очень не по душе. Никто не хочет оказаться тем самым «лохом», который совершил такую глупую и наивную ошибку на ровном месте. Признать себе в своей некомпетентности — это всегда болезненно, особенно, если дело касается какой-то такой сферы, в которой мне бы очень хотелось выглядеть непогрешимо.
Дневник психолога 
в начало 
карта сайта
мак — это все